Давным-давно случилось мне попасть в гости к брату своего тогдашнего молодого человека...
Молодой человек очень радовался, увидев брата с округлившейся женой. Хозяева тоже были рады, но радость их показалась мне несколько затуманенной, как бывает от непрекращающегося алкогольного угара: когда пьешь вторые или четвертые сутки, и вроде должно же быть хорошо, и даже почти, но как-то уже не то... Так вот. Нам заварили чая, посадили в гостинной и начался перфоманс.
Нам продемонстрировали детскую калясочку, выхваченную по очень удачной цене на местной барахолке. Показали чудеса техники - радионяню. Я тогда увидела эту примочку впервые, и еще подумала: если родители такие любящие и все в ожидании, то зачем заменять свое внимание каким-то куском пластика с динамиком и микросхемой? Раньше же как-то обходились. А теперь - в каждом доме... Я сделала вывод, что ничего не пониманию ни в родителях, ни в детях. Тем временем перед носом пролетала стайка цветных слюнявчиков и пеленочек, а воздух наполнялся умильным родительским щебетом.
- Разве не спросите, кто у нас будет?
- И так же ясно: мальчик. Вон, все примочки - голубые.
Как будто пол имеет цветовую окраску.




Спустя два месяца малыш появился на свет. Все семейство скинулось деньгами, потому что "растить ребенка - очень дорого!". Молодую маму с приплодом забрали из роддома и акклиматизировали, и настал период крестин. Нас позвали снова.
- Смотрите, это мы купили мамочке в честь первенца!
На длинном узловатом пальце сверкали пара карат, обрамленных золотом. Я машинально прикинула, сколько игрушек, сосок и памперсов можно купить, заложив кольцо в ломбард. Тем временем мамочка убежала в другую комнату собираться, а папочка остался развлекать гостей.
- А это - чтобы у нас была память, сыну показать, какой он был маленький колбасоид! - не унимался молодой папа, крутя в руках профессиональный canon. Количество памперсов в моем уме приобрело угрожающий масштаб.
- Нам альбом подарили, и мы начали его заполнять!
Папочка сел на диван, рассадил гостей вокруг и начал. Первой шла фотосессия "мы ждем ребеночка": молодые родители в дешевенькой фотостудии с херовеньким светом, много ретуши. Потом - хоум-креатив: обнаженная беременная жена, сидящая на ковре гостиной, прикрыв причинные места, с томной поволокой во взгляде. В глазах - краснота от вспышки, игриво бликуют растяжки на надутом животе. "Видимо, canon купили уже позже" - отметила я. Дальше начались фотографии совместных родов, и закончилось мое терпение.
Я встала с дивана и отошла на паркет, к окну.
- Тебе что, не нравятся фотографии? - с подозрением спросила новоиспеченная бабушка, в перспективе - дважды свекровь.
- С чего бы? Самые обычные. Только не очень ясно, зачем мне их видеть.
Новоиспеченная бабушка назвала меня социопаткой, пару раз выпустила пар из ноздрей, внесла коррективы в перспективы и на том успокоилась.




- Скоро ты станешь рабом Божьим! - сказал папочка, вскидывая туго запеленутого колбасоида на руках, по дороге к местной церкви. Рядом мамочка везла коляску. Позади следовала процессия родственников, и я с молодым человеком - среди них. Была весна и цвели вишни.
Вокруг церкви сновало множество людей. Из толпы выпрыгнула местная служка и повела нас в подвал, где крестят деток. В подвале было душно и шумно от толпы семейств: кто-то еще готовился войти в лоно церкви, а кто-то уже вытирал божественную благодать. Родственники судачили, дети орали. Конвейер в комнате с купелью работал безотказно: служка называла имя, толпа забегала внутрь. Дитенка совали батюшке, тот читал мантру и совал малыша в купель. Потом все ставили в указанное место заготовленные свечки и покидали помещение. Тогда мне стало интересно: если ребенок насцыт в воду до крещения, станет ли она менее святой? А если после?
- Квитанции за крещение готовим! - зычно командовала служка-распорядитель, пока я рассматривала окрашенные зеленым стены.
Настала наша очередь. Всех обязали надеть платки прежде, чем заходить в крестильную. Родственники растянулись вдоль стен, благоговейно сжимая свечки, и с навернувшимся на глаза умилением наблюдая за процессом. А я смотрела, как служка на заднем плане чистит подсвечники. "Интересно, за десять минут свечка накоптит достаточно, чтоб на небесах унюхали мое пожелание?" - подумала я.
- А что это за икона? - донесся до меня шепот свежей бабушки, изучающей золоченое изображение отрезанной головы на блюде.
- Жуть какая... - ответила ей верующая подруга. - Может, кто из апостолов? Кто там разберет все эти закидоны.
Ионанн Креститель взирал философски.