Космический котик
Мы ведь любим не какое-то обособленное произведение, будь то фильм или книжка, а свои эмоции, возникающие в процессе. Мы любим или не любим историю вопроса, тянущуюся за культурным объектом, и воспринимаем его в комплексе нейронных связей своих мозгов.
Я не люблю фильм "Последний самурай" и группу Бумбокс. Один из моих бывших (который был аккурат до мужа) пересматривал этот фильм почти каждый день. Не знаю, какой труп своих ощущений он насиловал таким образом, и что за разряды в мозгу этот фильм у него порождал, но даже меня, стороннего наблюдателя, от этой мыслительной жвачки клинило. Чего уж говорить о своеобразном вокале Бумбокса, звучавшием на тот момент у нас почти постоянно.
Или вот группа Несчастный случай. Ее очень любил мой бывший муж, потому я теперь вроде как эту группу не люблю. Но она хороша, и не любить ее совсем не выходит, приходится не любить избирательно: вот это - мои песни, а это - песни бывшего мужа.
Странное дело. Таскаю за собой привидения разных людей, и они продолжают мне указывать, что слушать и смотреть.
А вот книги Пелевина и фильмы Финчера - другое дело. В процессе употребления можно вдруг ощутить себя очень умным, почти непризнанным гением, схватившим одну волну с творцом. От джазовой музыки - из домохозяйки в помятом халате можно чудесным образом превратиться в богему, взирающюю из окна на мерцающий огнями ночной город. От рифца Off Spring - в дерзкого подростка, и даже дырка на джинсах приобретет манящий оттенок протеста.
Все дело в искорках. В разрядах слабого тока, скачущих по аксонам.